Library

224 >

 
     И с тех пор при каждом новом несчастье, поражавшем Крешри,  когда  люди
отказывались  следовать  за  Лукой,  мешая  ему   создавать   Город   труда,
справедливости и мира, он неизменно восклицал:
     - Беда в том, что в них нет любви! Живи  в  них  любовь,  все  было  бы
оплодотворено, все бы росло и радовалось жизни.
     Дело его переживало грозную и решающую пору, настал час отступления.  В
каждом движении вперед бывает такой  час  упорной  борьбы,  час  вынужденной
остановки. Больше не идешь вперед, даже отступаешь, теряешь уже завоеванное,
и кажется, никогда не дойдешь до цели. Но в такие  часы  закаляются  твердые
духом, неколебимо верующие в конечную победу герои.
     На другой день Лука попытался удержать Рагю, заявившего, что он выходит
из  объединения,  покидает  Крешри  и  возвращается  на  "Бездну".  Но  Лука
столкнулся со злой и насмешливой решимостью человека, довольного тем, что он
может причинить зло в такую минуту, когда уход рабочих грозил оказаться  для
завода гибельным. Кроме того, здесь было нечто большее:  в  Рагю  проснулась
какая-то  тоска  по  рабскому  труду,  ставшему  привычкой,   -   стремление
возвратиться к блевотине, к беспросветной нужде, ко всему ужасному прошлому,
гнездившемуся у него в крови.  Живя  в  чистом,  уютном  домике,  окруженном
зеленью и озаренном солнцем, Рагю  с  сожалением!  вспоминал  узкие  вонючие
улицы Старого Боклера,  те  словно  прокаженные  лачуги,  от  которых  веяло
заразой. Когда он сидел в  большом  светлом  зале  Общественного  дома,  его
неотступно преследовал терпкий запах  кабачка  Каффьо.  Образцовый  порядок,
установленный в кооперативных лавках, выводил  его  из  себя,  он  испытывал
потребность тратить деньги по-своему, у торговцев улицы Бриа, которых сам же
считал ворами, но с которыми мог браниться в свое удовольствие. И чем больше
Лука  настаивал,  доказывая  все  безрассудство  его   ухода,   тем   больше
упорствовал Рагю: он думал, что если за него так держатся,  стало  быть,  он
действительно приносит заводу вред своим уходом.
     - Нет, нет, господин Лука, я своего решения не изменю. Быть может, я  и
совершаю глупость, но пока что не вижу, почему.  Вы  нам  наобещали  золотые
горы, мы все должны были стать богачами, а на  самом  деле  зарабатываем  не
больше, чем в других местах, да  к  тому  же  тут,  по-моему,  много  разных
неполадок.
     Это была правда:  сумма,  получавшаяся  при  распределении  прибылей  в
Крешри, до сих пор почти не превышала  заработной  платы,  которую  получали

Следующая

224 >