Эмиль Золя. Труд - II
35 >
а потому имевшие право претендовать на более высокую оплату.
Вопрос о повышении расценок, в сущности, и был единственной причиной
забастовки. Рабочие получали определенную сумму за каждые сто килограммов
изделий; Делаво и сам признавал необходимость введения новых расценок. Но он
хотел сохранить за собой неограниченную свободу в разрешении данного
вопроса, более всего опасаясь, как бы не подумали, будто он подчиняется
требованиям рабочих. Мышление Делано не выходило за узко ограниченный
кругозор его специальности; он обладал властным характером и ревниво
оберегал свои права, хотя и старался быть беспристрастным и справедливым
администратором; Делано считал коллективизм разрушительной мечтой, он
утверждал, что подобные утопии ведут прямым путем к ужасающим катастрофам.
Раздоры между директором и тем трудовым мирком, над которым он властвовал,
приобрели особую остроту с того дня, когда Боннеру удалось создать
профессиональный союз для защиты прав рабочих; Делаво допускал существование
касс взаимопомощи, пенсионных касс, даже потребительских кооперативов,
признавая, что рабочим не запрещено улучшать свое положение, но он резко
высказался против профессиональных союзов - объединений, вооружающихся для
совместной борьбы за общие интересы. Со дня основания союза началась борьба;
Делаво всячески оттягивал пересмотр расценок; решив, что и ему следует
вооружиться, он ввел в "Бездне" нечто вроде осадного положения. Рабочие
стали жаловаться, что у них отняли всякую личную свободу. Администрация
неотступно следила за их поведением и мыслями даже за пределами завода. Кто
становился смиренным и льстивым, а быть может, шел на доносы, тот попадал в
милость; гордые же и независимые натуры зачислялись в разряд людей опасных.
Консервативно настроенный директор, всеми силами защищавший существующий
порядок вещей от малейших посягательств, не скрывал, что ему нужны
подчиненные-единомышленники; и инженеры, мастера, надсмотрщики, стараясь
перещеголять своего начальника, проявляли беспощадную строгость во всем, что
касалось служебной дисциплины и того, что они именовали благонадежностью.
Боннер с его приверженностью к свободе и справедливости, естественно,
оказался во главе недовольных. Он отправился с несколькими товарищами к
Делаво, чтобы ознакомить директора с требованиями рабочих. Боннер напрямик
высказал Делаво свою точку зрения, но этим он только ожесточил его,