Library

39 >

смотреть на расплавленный чугун. Боннер  вытянул  кочергу;  она  раскалилась
докрасна и блестела искрами.
     Мастер знаком приказал кочегару  усилить  огонь;  второй  пудлинговщик,
подмастерье Боннера, взял другую кочергу, чтобы,  в  свою  очередь,  принять
участие в работе.
     - Вы господин Боннер? - спросил, приблизившись, Лука.
     Рабочий с некоторым удивлением утвердительно кивнул головой.  В  нижней
рубахе, поверх которой была надета короткая рабочая блуза,  Боннер  с  белой
шеей и зарумянившимся лицом - весь  победное  усилие  и  солнечное  озарение
работой - был великолепен. То был светловолосый богатырь лет тридцати  пяти,
с коротко остриженной головой  и  крупными  чертами  широкого  невозмутимого
лица. Его большой, энергичный  рот,  огромные  спокойные  глаза  говорили  о
прямодушии и доброте.
     - Вы, верно, не узнаете меня, - продолжал Лука.  -  Я  виделся  с  вами
здесь прошлым летом, мы беседовали.
     - Как же, как же,  -  ответил  наконец  мастер.  -  Вы  друг  господина
Жордана.
     Лука, испытывая некоторую неловкость, объяснил Боннеру  причину  своего
прихода; он рассказал о том, что видел, о несчастной Жозине, выброшенной  на
улицу, упомянул и о той помощи, какую, по-видимому, мог оказать Жозине  один
только Боннер; мастер, в свою очередь, смутился и снова умолк. Оба  молчали,
прошло несколько мгновений ожидания;  паузу  удлинил  звонкий  пляс  молота,
обслуживавшего  две  соседние  печи.  Когда   собеседники   снова   получили
возможность слышать друг друга, Боннер сказал просто:
     - Ладно, сделаю, что смогу... Через три четверти часа я кончу работу  и
пойду с вами.
     Хотя было уже около одиннадцати часов, Лука решил подождать Боннера; он
заинтересовался огромными  механическими  ножницами,  работавшими  в  темном
углу: они разрезали выходящие  из  пудлинговых  печей  стальные  полосы  так
легко, будто резали масло. При каждом  взмахе  ножниц  на  пол  падал  кусок
стали; из этих кусков быстро вырастала куча, которую увозили затем на  тачке
в  другое  помещение;  там  куски  раскладывали  по  ящикам  -  по  тридцати
килограммов на ящик, - после чего ящики уносили в литейную, помещавшуюся тут
же рядом. Луку привлек яркий розовый свет, проникавший  из  литейной;  желая
чем-нибудь заполнить оставшееся время, молодой человек прошел туда.
     Это было обширное и высокое помещение, столь же  неопрятное,  ветхое  и
темное, как и первое; в неровный, заваленный  металлическим  ломом  земляной

Следующая

39 >