Эмиль Золя. Труд - II
49 >
Боннер не захотел сразу идти на ссору, сообщив жене, что он ушел с
завода; он предпочел выяснить сначала вопрос о Жозине и Нанэ.
- Да, я закончил работу, потому и ушел, - ответил он уклончиво.
И, не давая жене времени задать второй вопрос, он представил ей Луку:
- Познакомься же с этим господином; это друг господина Жордана, он
попросил меня об одной услуге и сейчас объяснит тебе, в чем дело.
Охваченная все возрастающим удивлением и недоверием, Туп повернулась к
молодому человеку; Луке бросилось в глаза сходство жены Боннера с ее братом
Рагю. Туп была маленького роста; наружность ее говорила о вспыльчивом и
сварливом характере: у нее были резкие черты лица, густые рыжие волосы,
низкий лоб, тонкий нос, жестко очерченные челюсти. Хотя ей было уже двадцать
восемь лет, она казалась еще совсем юной; она обладала тем ослепительно
свежим цветом лица, который часто встречается у рыжих женщин. Только этим и
объяснялось увлечение Боннера сестрой Рагю и его женитьба на ней: он знал,
что у Туп невыносимо дурной характер. Жена омрачала семейную жизнь Боннера
непрестанными взрывами раздражения; мужу приходилось уступать ей во всех
мелочах повседневной жизни, чтобы жить в мире. Туп была кокетка, снедаемая
одним-единственным желанием - быть хорошо одетой; она любила различные
украшения и становилась кроткой лишь тогда, когда получала в подарок новое
платье.
Лука почувствовал, что, раньше чем заговорить о деле, ему необходимо
снискать расположение Туп каким-нибудь комплиментом. Комната, хотя убранство
ее и было бедно, показалась Луке очень опрятной; в этом сказывалась
заботливость хозяйки. Молодой человек подошел к постели.
- Какие прелестные дети! - воскликнул он. - Спят, будто два ангелочка.
Туп улыбнулась. Однако ее пристальный взгляд не отрывался от Луки; она
ждала, чтобы этот незнакомый господин объяснил ей, чего он от них хочет: Туп
понимала, что он не стал бы утруждать себя, если бы речь не шла о чем-то
существенном. Луке пришлось перейти к делу; когда он рассказал о том, как
нашел Жозину, всеми брошенную, умирающую от голода среди ночи, у Туп
вырвалось резкое движение, ее жесткие челюсти сжались. Даже не отвечая
молодому человеку, она в бешенстве повернулась к мужу:
- Это еще что за история? Какое мне до всего этого дело?
Боннеру пришлось вмешаться; со свойственным ему миролюбием и добротой
он попытался успокоить Туп: