Эмиль Золя. Труд - II
57 >
с другими... Я ни на кого не держу зла. Порою, когда я в силах выползти на
улицу, я встречаю господина Жерома в колясочке, которую катит слуга. Я
кланяюсь ему, потому что работал у него и потому что он богат: таким людям
полагается кланяться. Как видно, господин Жером меня не узнает: по крайней
мере, он только смотрит на меня глазами, которые будто налиты чистой
водой... Кюриньонам выпал счастливый жребий, вот и надо их уважать; если
начнут бить богатых, куда тогда и вера в бога денется? Рагю рассказал о том,
как, выходя с Бурроном с завода, они повстречали господина Жерома в
колясочке. Понятное дело, они поклонились ему: поступить иначе значило бы
показаться невежами. Но все-таки, если подумать: Рагю с пустым брюхом идет
пешком в грязи и должен кланяться Кюриньону, а Кюриньон богато одет, брюхо
его прикрыто одеялом, слуга возит его в колясочке, будто жирного ребенка!
Тут и взбеситься недолго; так и подмывает забросить инструменты в реку и
заставить богачей поделить свое добро с бедняками, чтобы те, в свою очередь,
могли ничего не делать.
- Ничего не делать? Нет, нет, это гибель! - возразил Боннер. - Все
должны работать: только так будет завоевано счастье и побеждена наконец
нищета, оскорбляющая чувство справедливости... Не следует завидовать
Кюриньонам. Я выхожу из себя, когда нам ставят их в пример, говоря: "Вот
видите, рабочий может нажить крупное состояние, если он умен, усердно
трудится и не тратит лишнего". Я не сомневаюсь, что Кюриньонам удалось
приобрести такое состояние лишь потому, что они эксплуатировали рабочих,
урезали их заработок, увеличивали рабочий день и таким образом наживались.
Ну, а за такие дела придется когда-нибудь держать ответ. Всеобщее счастье
несовместимо с чрезмерным благополучием отдельного человека... Значит,
приходится ждать, что готовит каждому из нас судьба. А пока - я уже сказал
вам, к чему стремлюсь: я хочу, чтобы эти два малыша, которые слушают нас,
лежа в кроватке, были, когда вырастут, счастливее, нежели я, и чтобы их дети
были, в свою очередь, счастливее их самих... Чтобы достичь этого, нам нужно
только одно: стремиться к справедливости и, действуя дружно, как братья,
завоевать ее хотя бы ценой еще многих лишений.
Действительно, Люсьен и Антуанетта, заинтересовавшись поздним
присутствием стольких людей и их громким разговором, так и не заснули
больше; на подушке виднелись их розовые неподвижные лица с широко раскрытыми