Library

61 >

близится чье-то нежное, теплое  дыхание,  робкий,  легкий,  еле  угадываемый
трепет человеческого тела. Молодой человек прижался к стене; он  понял,  что
сейчас, чуть задев его во мраке, незримо пройдет рядом какое-то существо.
     - Это я, Жозина, - прошептал Лука, боясь, как  бы  молодая  женщина  не
испугалась.
     Тихое веяние  приближалось,  но  ответа  не  последовало.  Однако  Лука
почувствовал мимолетное, неуловимое прикосновение: это проходила  мимо  него
Жозина - обездоленное, окутанное тайной существо.  Маленькая  горячая  ручка
схватила  Луку  за  руку,  и  молодой  человек  ощутил   на   своей   ладони
прикосновение пылающих губ; то был поцелуй,  полный  страстной,  бесконечной
благодарности и самозабвения. Невидимая, укрытая  мраком,  пленительно  юная
Жозина благодарила Луку, словно отдавая ему себя. Они не сказали друг  другу
ни слова, только этот немой, омытый жаркими  слезами  поцелуй  прозвучал  во
мраке.
     Веяние пронеслось мимо, неуловимое видение поднималось  все  выше.  Это
мимолетное, призрачное  прикосновение  потрясло  Луку,  отозвалось  в  самых
глубинах его существа, поцелуй этих  невидимых  уст  заставил  забиться  его
сердце, сладкая, покоряющая нега заструилась по жилам. Молодой  человек,  не
мудрствуя лукаво, истолковал эти ощущения как удовольствие от мысли, что ему
удалось наконец доставить Жозине приют на ночь. Но почему она плакала,  сидя
там внизу, на последней ступеньке лестницы? Почему так долго не  откликалась
на призыв Рагю, который вновь открывал ей доступ в свою квартиру? Или,  быть
может, молодую женщину мучили какие-то сожаления? Быть может, она рыдала над
какой-то несбыточной мечтой и поднялась наверх, лишь  уступая  необходимости
продолжать ту жизнь, на которую была обречена?
     Сверху в последний раз донесся голос Рагю: - Ну, пожаловала  наконец!..
Иди, дуреха, ложись спать. Сегодня, уж так и быть, не съем тебя.
     Лука поспешил уйти; он был в таком отчаянии, что невольно  задумался  о
причинах охватившей его беспросветной горечи, С трудом отыскивая путь  домой
в  темном  лабиринте  зловонных  улочек  Старого  Боклера,  молодой  человек
размышлял о судьбе Жозины. Нежность  и  сострадание  наполняли  его.  Бедная
девушка! Она была жертвой  среды:  если  бы  не  угнетающее  и  развращающее
влияние нищеты, она никогда бы не уступила домогательствам Рагю. Как глубоко
придется перепахать человечество, чтобы труд снова стал честью и радостью  и
чтобы вместе с  могучим  урожаем  правды  и  справедливости  вновь  расцвела

Следующая

61 >