Эмиль Золя. Труд - III
70 >
победоносным самодовольством.
Делаво" поселился на заводе, в том помещении, которое занимал некогда
Блез Кюриньон; с инженером жили его жена Фернанда и дочь Низ, всего
нескольких месяцев от роду. Мужу было в то время тридцать семь лет, жене -
двадцать семь. Делаво познакомился с Фернандой в Париже, в мрачном доме на
улице Сен-Жак: она жила со своей матерью, учительницей музыки, в соседней
квартире. Девушка была так ослепительно, так величаво прекрасна, что целый
год, встречаясь с ней на лестнице, Делаво с трепетом жался к стене, стыдясь
своей бедности и некрасивой наружности. Потом они начали кланяться друг
другу, завязалось знакомство; мать Фернанды рассказала молодому человеку,
что она провела двенадцать лет в России и единственным подарком, который
вывезла оттуда, была эта царственно прекрасная девушка: в поместье, где она
жила в качестве учительницы, француженку соблазнил какой-то князь. Безумно
влюбленный князь, конечно, осыпал бы свою возлюбленную золотом; но он был
убит нечаянным выстрелом на охоте; и бедная женщина, вернувшись без единого
су в Париж, с маленькой Фернандой на руках, вновь принялась за уроки.
Неутомимо трудясь, чтобы дать дочери образование, она мечтала о том, что
девочке предстоит блестящая будущность. Фернанда, привыкшая к поклонению,
уверенная в том, что красота откроет ей путь к богатству и знатности,
столкнулась с беспросветной нуждой, когда не на что купить вторую пару
ботинок, когда то и дело приходится собственноручно чинить шляпы и платья.
Гнев овладел ею - постоянный, непрекращающийся - и с ним такая жажда победы
в жизненной борьбе, что начиная с десятилетнего возраста не было дня, когда
Ферианда не училась бы ненависти, зависти, жестокости, не накопляла бы в
своей душе все большей испорченности и воли к разрушению; они разрослись под
конец до чудовищных размеров. Девушка верила, что ее красота преодолеет
своей собственной силой все препятствия; поэтому она имела глупость отдаться
одному человеку, стоявшему на вершине богатства и власти; тот на следующий
же день бросил ее. Это горькое, ревниво скрываемое от всех разочарование
нанесло последний удар Фернанде: оно научило девушку лжи, лицемерию и
лукавству - свойствам, до тех пор ей чуждым. Фернанда дала себе клятву, что
второй раз ее на эту удочку не поймают: она была слишком честолюбива, чтобы
стать содержанкой. Ее красота потерпела поражение: одной красоты оказалось