Эмиль Золя. Труд - III
92 >
Гуляющие приблизились к ферме - просторному, довольно опрятному зданию;
оттуда слышались ругательства, удары кулаком по столу: в доме жестоко
ссорились. Затем на пороге показались два крестьянина: один толстый и
неповоротливый, другой худой и желчный; в последний раз погрозив друг другу
кулаками, они направились в Комбетт различными дорогами.
- В чем дело, Фейа? - спросил Буажелен фермера, стоявшего на пороге
дома.
- Так, пустяки, сударь... Два крестьянина из Комбетта спорят о границе
между наделами и просили меня рассудить их. Эта распря между семьей Ланфанов
и семьей Ивонно длится уже долгие годы, переходит от отца к сыну; как увидят
друг друга, точно с ума сходят... Сколько ни уговаривай - сами видели, - они
готовы друг другу глотку перервать. Ну и глупые же люди, бог ты мой! Ведь
стоило бы им пораскинуть умом да малость сговориться, какая силища была бы!
Фермер, видимо, тут же пожалел, что высказал эту мысль перед
Буажеленом, хозяином его земли; глаза Фейа потускнели, лицо стало замкнутым
и лишенным выражения.
- Не зайдут ли дамы и господа на ферму отдохнуть? - вымолвил он глухим
голосом.
Луку, видевшего, как загорелись на миг глаза Фейа, удивили землистый
цвет его лица и худоба: ведь фермеру было не более сорока лет; казалось,
палящее солнце насквозь прожгло и иссушило крестьянина. Впрочем Фейа
отличался живым умом; Лука вскоре заметил это, слушая его разговор с
Буажеленом. Тот, улыбаясь, спросил фермера, обдумал ли он вопрос о
дальнейших условиях арендного договора; Фейа, сдержанный, как дипломат,
твердо идущий к намеченной цели, покачал головой и отделался несколькими
скупыми словами. Луке была ясна мысль, которую не хотел высказать Фейа:
земля должна принадлежать тем, кто ее обрабатывает, она должна принадлежать
всем, чтобы люди вновь полюбили землю и умножили ее плодородие. Любить
землю! Фейа только плечами пожимал при этих словах. Его отец, его дед
исступленно любили ее. Много ли им это дало? Он, Фейа, выжидал того дня,
когда снова сможет полюбить землю, когда будет удобрять ее для себя и для
своей семьи, а не для землевладельца, думающего только о том, что вдвое
больший урожай даст возможность повысить арендную плату. И еще другая мысль,
выдающая проницательный взгляд на будущее, сквозила в скупых словах Фейа:
мысль о разумном согласии среди крестьян, об объединении ныне раздробленных