Эмиль Золя. Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой) - I
162 >
совета. - А нам какое до этого дело?.. Неужели нам не завтракать из-за них?
Ведь это смешно!
Она заупрямилась: напрасно муж говорил ей, что завтрак будет совсем
невеселый, что поехать в Сен-Тома и осматривать шахту сегодня невозможно, -
у нее на все находился ответ. Зачем отменять завтрак, когда все уже варится
и жарится? От осмотра шахты можно отказаться, если эта прогулка
действительно окажется неблагоразумной.
- Вы прекрасно знаете, - добавила она, когда горничная вышла, - почему
мне хочется принять у себя этих милых людей. Женитьба Поля должна бы
интересовать вас больше, чем глупости, которые вытворяют ваши рабочие...
Словом, я так хочу, пожалуйста, не противоречьте.
Муж посмотрел на нее с внутренней дрожью, его суровое, замкнутое лицо,
лицо администратора, порабощенного дисциплиной, вдруг выдало тайную скорбь,
терзавшую сердце. Она сидела перед ним с обнаженными плечами, пленительная
яркой, слишком зрелой, но все еще влекущей красотой, статным телом Цереры,
позлащенным осенней порой жизни. На мгновение его опьянило грубое желание
схватить ее, прижаться головой к ее груди, которую она словно выставляла
напоказ в этой интимной обстановке туалетной комнаты, где роскошь говорила о
чувственной женщине, а теплый воздух пропитан был возбуждающим ароматом
мускуса; но г-н Энбо взял себя в руки - уже десять лет супруги жили на
разных половинах.
- Ну что ж, - сказал он, уходя. - Не будем ничего отменять.
Господин Энбо родился в Арденнах. В начале жизненного пути ему пришлось
изведать нелегкую долю юноши сироты, оставшегося без поддержки в лабиринте
Парижа. Кое-как перебиваясь, он кончил Горный институт и в двадцать четыре
года уехал в Гран-Комб в качестве инженера шахты Сент-Барб. Через три года
он стал инженером участка на Марльских копях в Па-де-Кале; там он женился,
сделав хорошую партию, как это стало правилом для горных инженеров; за него
отдал свою дочь богатый фабрикант-прядильщик из Арраса. Пятнадцать лет
супруги жили в одном и том же городке, и однообразие их существования не
нарушали никакие события, даже рождение ребенка. Постепенно г-жу Энбо
отдалило от мужа все возраставшее раздражение против него; ее с детства
научили почитать деньги, и она презирала мужа за то, что он с таким трудом
зарабатывает весьма посредственное жалованье, и за то, что по его вине у нее
нет ни малейшей возможности удовлетворить свое тщеславие и честолюбивые
мечты, которые она лелеяла еще в пансионе. Он отличался неподкупной