Эмиль Золя. Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой) - V
280 >
Господин Энбо подошел к окну кабинета посмотреть, как его жена проедет
по улице в ландо, отправляясь на званый завтрак в Маршьен. Проводив взглядом
Негреля, гарцевавшего рядом с дверцей экипажа, он спокойно вернулся к
письменному столу и сел за работу. Когда ни жена, ни племянник не оживляли
дом шумной суетой своего существования, он казался пустым. В этот день кучер
повез г-жу Энбо; Розу, новую горничную, отпустили со двора до пяти часов
вечера; остался только камердинер Ипполит, неслышно ходивший по комнатам в
мягких туфлях, и кухарка, с рассвета сражавшаяся с кастрюлями, поглощенная
приготовлением обеда, на который хозяева пригласили гостей. В опустевшем
доме стояла глубокая тишина, и г-н Энбо рассчитывал как следует поработать.
Около девяти часов утра Ипполит, хоть он и получил распоряжение никого
не принимать, позволил себе доложить, что пришел Дансар с какими-то важными
вестями. И только тогда директор узнал о сходке, состоявшейся накануне в
лесу; подробности сообщения отличались такой точностью, что, слушая их, г-н
Энбо вспомнил о любовных шашнях Дансара с женой Пьерона, столь широко
известных, что каждую неделю два-три анонимных письма в дирекцию разоблачали
распутство главного штейгера. Очевидно, Пьерон все рассказал жене, а та -
любовнику, - в доносе чувствовались разговоры на супружеском ложе.
Воспользовавшись случаем, г-н Энбо дал понять, что ему все известно и пока
он ограничится советом быть поосторожнее, во избежание скандала. Дансар
отвлекся на минутку от доклада, отрицал, оправдывался, но внезапная краснота
его толстого носа выдавала вину грешника. Впрочем, он не особенно
растерялся, радуясь, что отделался так легко: обычно директор проявлял
неумолимую строгость высоконравственного человека, когда какой-нибудь
служащий позволял себе позабавиться с хорошенькой работницей. Затем разговор
опять пошел о забастовке. Решили, что эта сходка в лесу просто фанфаронство,
пустое хвастовство крикунов. Серьезной угрозы нет. Во всяком случае, рабочие
поселка еще несколько дней не посмеют пошевелиться, - несомненно, на всех
нынче утром произвела большое впечатление военная прогулка.
Но когда Дансар ушел и г-н Энбо остался один, он чуть было не послал
депешу префекту. Удержал его только страх, что он, быть может, зря выдает
свое беспокойство. Он и так не мог простить себе недостаток чутья: ведь он
повсюду говорил и даже писал в правление, что забастовка больше двух недель