Эмиль Золя. Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой) - V
281 >
не продлится. Однако, к великому его удивлению, она тянется почти два
месяца. Это приводило г-на Энбо в отчаяние, - с каждым днем его престиж
уменьшался, падал его авторитет, он видел, что ему необходимо придумать
какой-нибудь блестящий ход, чтобы вновь войти в милость к правлению. Он как
раз запросил оттуда распоряжений на случай возможного столкновения с
забастовщиками. Ответ еще не поступил, г-н Энбо надеялся получить его с
дневной почтой. Он полагал, что успеет послать телеграммы - вызовет воинские
части для охраны шахт, если такова будет воля правления. Он был уверен, что
это наверняка вызовет схватку, прольется кровь, будут убитые. Такая
перспектива его смущала, - при всем своем усердии, он хотел избежать
подобной ответственности.
До одиннадцати часов он мирно работал в кабинете: мертвую тишину
нарушало только шарканье щетки, - Ипполит натирал воском пол где-то на
втором этаже. Потом принесли одну за другой две телеграммы: в первой
сообщали о захвате ордой забастовщиков шахты Жан-Барт, а во второй
говорилось, что там перерезаны тросы, погашены топки котлов, все
разгромлено. Г-н Энбо удивился. Зачем забастовщики пошли к Денелену, вместо
того чтобы напасть на одну из шахт Компании? А впрочем, пусть их громят
Вандам, - это пойдет на пользу его плану отнять копи у Денелена. В полдень
г-н Энбо спокойно позавтракал один в просторной столовой, где ему безмолвно
прислуживал Ипполит, неслышно ступая в войлочных туфлях. Однако от этого
одиночества беспокойство г-на Энбо усилилось, и у него все похолодело
внутри, когда бегом прибежавший штейгер доложил ему о том, что произошло на
шахте Миру. А вслед за этим, когда он заканчивал пить кофе, принесли еще
телеграмму, из которой он узнал, что шахты Мадлен и Кревкер тоже под
угрозой. Тут он совсем встревожился, но решил подождать почты, которую
приносили в два часа. Как быть? Немедленно вызвать войска? Или лучше
подождать распоряжения правления? Он вернулся в кабинет, хотел прочесть
докладную записку префекту, которую накануне поручил Негрелю написать. Не
найдя ее на столе, он подумал, что, вероятно, племянник оставил ее у себя в
комнате, где он зачастую работал по ночам. И, не приняв еще никакого
решения, думая лишь об этой докладной, он торопливо поднялся на второй этаж,
поискать бумагу у Негреля.
Войдя к племяннику, он удивился: по забывчивости или из лени Ипполит