Эмиль Золя. Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой) - IV
395 >
Лишь только земля поглотила Ворейскую шахту, г-н Энбо ночью выехал в
Париж, желая лично осведомить обо всем правление, пока журналисты еще не
разнесли по свету эту весть. На следующий день он вернулся и казался, как
обычно, спокойным, учтивым администратором. Очевидно, ему удалось снять с
себя ответственность, милость к нему не уменьшилась, даже наоборот, - через
день был подписан указ о награждении его орденом Почетного легиона первой
степени.
Но если директор выбрался из беды благополучно, положение Компании
пошатнулось от этого ужасного удара. Она не только потерпела миллионные
убытки, - ей нанесена была опасная рана: из-за того, что какие-то
злоумышленники погубили одну из ее шахт, она испытывала глухой, непрестанный
страх за свое будущее. Она была глубоко потрясена и поняла, что надо все
скрыть. Зачем поднимать шум вокруг таких ужасов? Если преступника обнаружат,
из него сделают своего рода мученика, от его устрашающего героизма и у
других свихнутся мозги; он породит целый выводок поджигателей и убийц.
Впрочем, правление и не подозревало, кто оказался истинным виновником
катастрофы, и в конце концов вообразило, что тут орудовала целая армия
сообщников; никто и мысли не допускал, что, действуя в одиночку, чеАОГСК мог
найти в себе смелость и силу для такого разрушения; именно эта мысль и
преследовала членов правления - мысль о непрестанно возрастающей опасности,
грезившей шахтам Компании. Директор получил распоряжение организовать
широкую сеть шпионажа, затем постепенно, по одному, без шума уволить
неблагонадежных рабочих, заподозренных в причастности к преступлению. Из
соображений высокой политики и осторожности пока решили ограничиться лишь
этой мерой.
Немедленному увольнению подвергся только одич Дансар. После скандала в
доме Пьерона держать его на должности старшего штейгера стало невозможно. В
качестве предлога воспользовались его поведением во время катастрофы, когда
он показал себя подлым трусом и бросил своих людей, спасая собственную
жизнь. Увольнением Дансара хотели также угодить рабочим, дружно его
ненавидевшим. Однако в Париж просочились кое-какие слухи о причинах
катастрофы, и дирекции пришлось послать в газету официальное опровержение
сенсационной заметки, в которой говорилось о бочонке с порохом, подожженном
в шахте забастовщиками. После наспех проведенного расследования
правительственный инженер представил доклад, в котором пришел к заключению,