Эмиль Золя. Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой) - "ВЫГОДА"
56 >
барак машинного отделения и высокую красноватую трубу. Неприглядны были все
эти строения, сбившиеся в кучу. Но вокруг них простирался двор, и Этьен
никак не думал, что он такой большой: двор походил на черное озеро с
застывшими валами каменного угля, над ними вздыбились высокие мостки, по
которым проложены были рельсы; в одном углу белели штабеля бревен, как будто
там свалили целый лес срубленных деревьев. Справа горизонт заслоняла громада
террикона, поднимавшаяся, словно исполинский крепостной вал; в самой старой
своей части он давно порос травой, а в другом конце его сжигал огонь, целый
год горевший внутри этой искусственной горы, - о нем свидетельствовали струи
густого дыма, выбивавшегося на поверхность, да длинные подтеки багрового и
ржавого цвета, змеившиеся среди белесых, серых кусков сланца и песчаника. А
дальше раскинулись поля, бесконечные поля, засеянные пшеницей и свеклой,
голые в эту пору года; болота с жесткой щетиной камышей, над которыми
кое-где высились ивы с корявыми стволами; далекие луга, пересеченные унылыми
вереницами тополей. И совсем далеко белыми пятнами выделялись города: на
севере - Маршьен, на юге - Монсу; на востоке горизонт окаймляла лиловатая
полоса оголенного Вандамского леса. И под этим хмурым небом, в тусклом свете
угасавшего зимнего дня казалось, что вся чернота копей, вся летучая угольная
пыль пала на равнину, осела толстым слоем на деревьях, покрыла дороги,
смешалась с землей.
Этьен смотрел, и больше всего его поразил канал - речка Скарпа,
выпрямленная каналом, ночью он их не видел. От Воре до Маршьена на
протяжении двух лье канал шел по прямой и казался ровной лентой матового
серебра, а вдоль него тянулась, убегая в бесконечность, обсаженная деревьями
насыпная дорога, возвышавшаяся над низиной; меж зеленых берегов блеснула
голубовато-серая водная гладь, по ней медленно скользили баржи с красной
кормою. Близ шахты находилась пристань, видны были стоявшие на причале
баржи, в них грузили уголь, подвозя к ним вагонетки по мосткам с рельсами.
Затем канал делал поворот и наискось пересекал болото; вся душа этой гладкой
равнины заключена была в геометрических линиях канала, проходившего по ней,
как большая дорога, перевозившая уголь и железо.
Этьен перевел взгляд на рабочий поселок, построенный на плоской
возвышенности, - издали виднелись черепичные красные кровли. И вновь
любопытство влекло его к Ворейской шахте, даже к глинистому пологому скату,