Library

74 >

ни единого дерева.
     - Мама, на ручки!
     Мать брала на руки то одного, то другого. В выбоинах  шоссе  застоялись
лужи. Маэ подоткнула юбки, боясь, что иначе придет вся забрызганная  грязью.
Три раза она едва не упала: очень скользкие были эти  чертовы  булыжники.  А
когда наконец дошли до крыльца господского  дома,  на  них  набросились  два
огромных пса, такие страшные, лаявшие так  свирепо,  что  дети  завопили  от
ужаса. Кучеру Грегуаров пришлось кнутом отогнать собак.
     - Снимите на крыльце башмаки, - твердила Онорина.
     Войдя в столовую, дети и мать замерли,  ошеломленные  внезапной  волной
тепла, и, оробев, в смущении глядели на  старого  барина  и  старую  барыню,
полулежавших в удобных креслах и спокойно смотревших на просителей.
     - Дочурка, - сказала г-жа Грегуар. - Исполни свою обязанность.
     Грегуары поручали Сесиль раздавать подаяние бедным. По их понятиям, это
входило в правила поведения благовоспитанной девицы. Нужно быть милосердным,
говорили они, полагая, что на их доме почиет благодать божия.  Впрочем,  они
гордились тем, что творят добрые дела разумно, ибо всегда  боялись,  как  бы
милостыней не оказать поощрение пороку.  Поэтому  они  никогда  не  подавали
деньгами, никогда! Даже десяти су, даже двух су. Дай бедняку  грош,  он  его
непременно пропьет. Милостыню они всегда давали натурой, -  главным  образом
теплой одеждой, оделяя ею в зимнее время самых бедных детей.
     -  Ах,  миленькие  мои,  ах,  бедняжки!  -  заохала  Сесиль.  -   Какие
бледненькие. И в такой холод ходят! Онорина, поди возьми  в  шкафу  сверток,
принеси.
     Обе служанки тоже смотрели на несчастных малышей с  тревожной  жалостью
доброжелательной челяди, которая, однако, сытно кормится при господах. Когда
горничная отправилась наверх выполнять поручение, кухарка,  убрав  со  стола
блюдо с остатками сдобной булки, как будто в  забывчивости  снова  поставила
его на стол и стояла, опустив руки.
     - Как раз у меня есть два шерстяных  платья  и  косынки,  -  продолжала
Сесиль. - Вот посмотрите, как в них будет тепло бедненьким малюткам.
     И тут к Маэ вернулся дар слова, она пробормотала:
     - Спасибо, барышня! Спасибо! Какие вы все добрые!..
     Слезы выступили у нее на глазах, - теперь она была уверена, что тут  ей
дадут пять франков, и думала лишь о  том,  как  их  выпросить,  если  добрые
господа сами не предложат денег.
     Горничная все  не  возвращалась,  настало  неловкое  молчание.  Малыши,
цепляясь за юбки матери, таращили глазенки  на  сдобную  булку  и  не  могли

Следующая

74 >