Эмиль Золя. Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой) - III
81 >
засидевшаяся в девицах, вышла за Пьерона - за углекопа, да к тому же еще
вдовца, у которого была восьмилетняя дочь. Однако супруги жили счастливо,
хотя о них без конца сплетничали, рассказывали всякие анекдоты о
снисходительности мужа и любовниках жены; у Пьеронов не было ни гроша долга,
два раза в неделю они ели мясо, жена, содержала дом в величайшей опрятности,
- хоть глядись, как в зеркало, в начищенные ею кастрюли. И в довершение
благополучия Компания, по протекции, разрешила жене Пьерона торговать
конфетами и пряниками, - банки со сластями она выставляла у себя в окне на
полках. Торговля приносила ей шесть-семь су выручки в день, а иной раз, в
воскресенье, и двенадцать су. Благоденствию супругов мешала лишь старуха
Горелая, заядлая бунтовщица, питавшая исступленную ненависть к хозяевам и
жаждавшая им отомстить за смерть своего мужа; да еще мешала всем маленькая
шустрая Лидия, которую все они, люди вспыльчивые, частенько награждали
затрещинами.
- Ну и большая у тебя стала девчушка! - сказала жена Пьерона, делая
Эстелле "козлика" и "ладушки".
- Ах, измучила она меня совсем! Лучше не говори! - разохалась мать. -
Счастье твое, что у тебя нет пискунов! Вон какая в твоем доме чистота!
Хотя у самой Маэ во всем был порядок, хотя она каждую субботу
устраивала стирку и большую уборку, она завистливым взглядом рачительной
хозяйки окинула светлую комнату, в убранстве которой была даже своего рода
изысканность: золоченые вазы на буфете, на стенах зеркало и три картины в
рамах. Жена Пьерона пила кофе в одиночестве, - вся семья была в шахте.
- Выпей со мной за компанию стаканчик, - предложила она.
- Нет, спасибо, только что дома пила.
- Ну так что ж? Вреда не будет.
В самом деле, какой тут вред? И обе не спеша выпили по стакану. Между
банками с пряниками и леденцами им видны были дома, стоявшие напротив;
большая или меньшая белизна занавесок, висевших на окнах, свидетельствовала
о домашних добродетелях хозяек. У Леваков занавески были так грязны, будто
ими вытирали закопченные донышки кастрюль.
- Вот мерзость! И живут же люди в этакой грязище! - пробормотала жена
Пьерона.
И тут Маэ заговорила, да так, что удержу ей не было. Эх, будь у нее
такой жилец, как Бутлу, она бы показала, как надо вести хозяйство! Если
взяться умеючи, жильца держать очень выгодно. Только не надо брать его в
любовники. А у этой Аевак вдобавок муж пьянчуга, да еще бегает за певичками