Эмиль Золя. Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой) - IV
91 >
Ленору и Анри уже не интересовало, как она устроена. Чисто вымывшись, она,
совсем голая, поднялась по лестнице, оставив свою мокрую рубашку и остальную
одежду кучкой на полу. А внизу тем временем разгорелась ссора: Жанлен живо
забрался в лохань под тем предлогом, что Захарий еще не кончил обедать, но
старший брат вытаскивал младшего и кричал, что теперь его очередь мыться. Он
и так всегда уступает место Катрин, и она полощется первой, - хватит! А
уступать соплякам мальчишкам он не намерен. Когда Жанлен искупается, вода до
того черная, что ее можно наливать школьникам в чернильницы. В конце концов
братья залезли в бочку вместе и стали мыться, повернувшись лицом к огню, и
даже обменивались услугами - терли друг другу спины. Затем, так же как и
сестра, оба голые помчались по лестнице.
- Ишь напачкали как! - ворчала мать, собирая с полу мокрую одежду,
чтобы ее высушить. - Альзира, подотри-ка, слышишь?
Но тут за стеной поднялся такой шум, что она умолкла. Раздавался
мужской голос, выкрикивавший ругательства, женский плач, потом началась
драка, топот, возня, посыпались тумаки, звучавшие словно удары по пустой
тыкве.
- Левак жену учит, - спокойно заметил Маэ, выскребывая ложкой дно
миски. - Удивительно! Ведь Бутлу говорил, что похлебка готова.
- Ну да, готова!.. - сказала Маэ. - Я сама видела, - овощи на столе
лежали даже неочищенные.
Крики усилились, что-то грохнуло так, что стена задрожала, и сразу
настала глубокая тишина. Тогда Маэ, проглотив последнюю ложку, сказал в
заключение, как человек хладнокровный и справедливый:
- Ну, если суп она не сварила, то понятно...
И, выпив целый стакан воды, принялся за студень, сперва разрезав его на
квадратные кусочки; он обходился без вилки, - просто подхватывал кусочек
острием ножа и, положив на хлеб, отправлял в рот. Когда отец ел, никто не
разговаривал. Он и сам тоже не любил говорить и молча утолял голод;
прожевывая ломтики, Маэ думал о том, что студень вкусом не похож на тот, что
продавался в лавке Мегра, - наверно, жена купила его где-то в другом месте;
однако он не задал по этому поводу никаких вопросов; осведомился только,
спит ли еще наверху старик. Нет, дед уже встал и, как всегда, пошел
прогуляться. Опять настало молчание. Но запах мясного привлек внимание Анри
и Леноры, игравших на полу, где они "делали ручеек" из пролитой воды. Малыши
встали у стола (младший чуть впереди) и следили глазами за каждым кусочком