Эмиль Золя. Разгром - IV
54 >
- Капрал! Если позволите...
После минутного колебания Жан согласился выпить стаканчик. Здесь были
Лубе и Шуто, скрытный и почтительный с тех пор, как Жан показал ему свои
когти; были и Паш с Лапулем, славные ребята в те дни, когда им не дурили
голову.
- За ваше здоровье, капрал! - хитрым тоном сказал Шуто.
- За ваше! Пусть все постараются вернуться с головой и ногами! -
вежливо ответил Жан, и все одобрительно засмеялись.
Надо было снова шагать. Подошел капитан Бодуэн, по-видимому
возмущенный, но лейтенант Роша намеренно отворачивался, снисходительно
разрешая солдатам выпить. Уже вышли на Шалонскую дорогу; то была бесконечная
дорога, обсаженная деревьями, прямая, как стрела, пролегавшая по огромной
равнине, среди нескончаемых сжатых полей, где торчали высокие стога и махали
крыльями деревянные мельницы. Дальше на север ряды телеграфных столбов
отмечали другие дороги, где двигались черные линии других полков. Впереди,
слева, под ослепительным солнцем, шла на рысях кавалерийская бригада. И весь
пустынный горизонт, всю эту печальную, безмерную пустоту оживляли, заполняли
исторгающиеся отовсюду потоки людей, неисчерпаемые муравьиные полчища.
К девяти часам 106-й полк свернул с Шалонской дороги налево, на дорогу
вдоль реки Сюипп. Она тоже тянулась бесконечной прямой чертой. Двигались
двумя шеренгами, на известном расстоянии одна от другой, оставляя середину
дороги свободной: по ней шли только офицеры. Морис заметил, что они
озабочены; не в пример им, солдаты были настроены хорошо, веселились, как
дети, радуясь, что, наконец, выступили. Взвод Жана шагал почти во главе
полка. Морис заметил издали полковника де Винейля и удивился его мрачной
осанке, высокому прямому стану, который покачивался в лад движению коня.
Музыканты шли в арьергарде вместе с полковой кухней. За ними, сопровождая
дивизию, следовали санитарные повозки и военно-обозная часть, а позади
огромный обоз всего корпуса: повозки с фуражом, закрытые фургоны с
продовольствием, возки с поклажей, целая вереница всевозможных подвод,
которая растянулась на пять с лишним километров; ее бесконечный хвост
показывался только на редких поворотах дороги. А на другом конце колонну
замыкали огромные стада крупных волов, которые брели в клубах пыли, - мясо,
приводимое в движение бичами, еще живое мясо, предназначенное для пропитания
воинственного кочующего племени.
Время от времени Лапуль движением плеча приподнимал спускавшийся ранец.
