Эмиль Золя. Разгром - V
71 >
зеленую долину Эны, на луга, где между деревьев лениво протекала река. Перед
ним, замыкая долину, высился амфитеатром Вузье, уступами громоздились
кровли, а над ними стояла церковь с тонким шпилем, колокольней и куполом.
Внизу, у моста, дымились высокие трубы кожевенных заводов, а на другом конце
Вузье, среди прибрежной зелени, белели обсыпанные мукой строения большой
мельницы. Окрестности городка, затерянного среди лугов, казалось, были полны
тихого очарования, и Морис смотрел на них глазами чувствительного мечтателя.
К нему возвращалась юность, воспоминания о давних поездках в Вузье в те
годы, когда он жил в своем родном селении Шен. На целый час он забыл обо
всем.
Солдаты уже давно съели похлебку и ждали, как вдруг в лагере возникло,
все возрастая, глухое волнение. Передавался приказ: оставить луга. Солдаты
поднялись на холмы, выстроились между деревнями Шетр и Фалез, отстоящими
одна от другой на четыре - пять километров. Саперы принялись рыть окопы,
воздвигать брустверы, а слева, на буграх, располагалась резервная
артиллерия. Пронесся слух, будто генерал Борда послал ординарца с
сообщением, что в Гран-Пре он встретил превосходящие силы противника и
вынужден отойти назад к Бюзанси, а это вызвало тревогу, что путь к.
отступлению на Вузье будет скоро отрезан. Тогда командующий 7-м корпусом,
ожидая немедленной атаки, приказал своим войскам построиться в боевом
порядке, чтобы выдержать первый натиск, пока не придет на выручку остальная
часть армии; один из его адъютантов отправился с письмом к маршалу, чтобы
уведомить его о положении дел и попросить подмоги. Наконец, опасаясь помехи,
- бесконечного обоза с припасами, который присоединился к войскам ночью и
опять тянулся за ними, - командующий велел ему немедленно двинуться дальше и
направил его наудачу к Шаньи. Предстояла битва.
- Господин лейтенант! Дело, значит, серьезное? - решился спросить Морис
у Роша.
- Да, черт возьми! - ответил лейтенант, размахивая длинными руками. -
Увидите! Жаркое сейчас будет дело!
Солдаты были очень рады. С того часа, как они заняли боевые позиции от
Шетра до Фалеза, волнение в лагере еще усилилось; всех охватило лихорадочное
нетерпение. Наконец они увидят пруссаков, которые, по газетным сведениям,
так устали от переходов, так изнемогли от болезней, изголодались и одеты в
лохмотья! Всех солдат воодушевляла надежда разбить их в первой же стычке.
- Хорошо, что мы наконец нашли пруссаков, а они нас, - объявил Жан. -