Эмиль Золя. Разгром - VI
91 >
арьергард, и больше никто не отставал, твердо зная, что пруссаки всех
забирают в плен. Немецкая пехота приближалась с молниеносной быстротой, а
французские полки, измученные, парализованные, только топтались на месте.
В Оте небо очистилось, и Морис, ориентируясь по солнцу, заметил, что,
вместо того чтобы идти дальше на Шен, за три с лишним мили, они поворачивают
и направляются прямо на восток. Было два часа. Два дня солдаты дрогли под
дождем, а теперь задыхались от изнурительной жары. Извилистая дорога вела
через пустынные равнины. Ни дома, ни души, только время от времени тоскливый
лесок среди унылых голых пространств; мрачная тишина этих безлюдных мест
подавляла солдат; они волочили ноги, понурив голову, обливаясь потом.
Наконец показался Сен-Пьермон - несколько пустых домишек на пригорке. Полк
не пошел через эту деревню. Морис обратил внимание, что они свернули сейчас
же налево и опять двигаются на север, к Безасу. На этот раз он понял, какой
путь выбрали, чтобы опередить пруссаков в Музоне. Но разве это возможно,
когда войска так устали, так пали духом? В Сен-Пьермоне, вдали, на повороте
дороги, которая ведет из Бюзанси, снова появились три улана, а когда
арьергард покидал деревню, показалась батарея, упало несколько снарядов, не
причинив, впрочем, никакого вреда. Полк не отвечал на выстрелы, подвигался
дальше, но идти было все трудней.
От Сен-Пьермона до Безаса три с лишним мили. Когда Морис сказал об
этом, Жан безнадежно махнул рукой: солдаты не пройдут двенадцати километров;
он это знал по верным признакам - по одышке, по искаженным лицам, блуждающим
взорам. Дорога вела все вверх, между двух холмов, которые мало-помалу
сближались. Пришлось остановиться. Но от этого отдыха ноги окончательно
онемели, и когда надо было тронуться в путь, стало еще трудней: полки
еле-еле двигались, люди падали. Морис побледнел, от усталости у него
закатывались глаза. Жан это заметил и, против обыкновения, принялся болтать,
стараясь развлечь его, чтобы он не заснул на ходу.
- Значит, твоя сестра живет в Седане? Мы, может быть, пройдем через
этот город.
- Через Седан? Ну нет! Это нам не по дороге. Для этого надо быть
сумасшедшим.
- А твоя сестра - молодая?
- Да ведь ей столько же лет, сколько и мне. Я тебе уже говорил, мы
близнецы.
- Она на тебя похожа?
- Да, у нее тоже светлые волосы, вьющиеся, такие мягкие! Она совсем
маленькая, худенькая и тихая-тихая!.. Дорогая моя Генриетта!